Ярко-желтое утреннее солнце сияло в безоблачном васильковом небе. Легкий прохладный ветерок, последний привет ушедшей ночи, заглядывал в крепостной ров и взбирался на стены, чтобы полюбоваться оттуда городом, начинающим свой день. Капли ночного дождя покачивались на травинках, шевелимых ветром, и блистали, как россыпи крошечных бриллиантов. Маленькие лужи сохли на мостовой, в выбоинах и сточных канавах, которые уходили под стены и дальше, в ров. Лучи солнца, пока еще не жгучие, а только теплые, освещали край длинной и широкой базарной площади, тянувшейся от городских ворот к цилиндрической Башне. Вдоль внутренних стен, которые охватывали эту площадь со всех сторон, уже бродили нетерпеливые покупатели, главным образом женщины и девочки в длинных белых платьях из грубой холстины, с широкими пестрыми поясами и узкими рукавами. Из-за стен доносился рев ослов, беспокойное ржание лошадей и громкие ругательства их хозяев, привезших в город продукты, лен, пеньку, дрова, кожу, дичь и многое другое. Торговля здесь шла каждый день, собирая покупателей и продавцов со всего среднего Приречья. В город короля Малгори приезжали жители Северного Клина, Малого Королевства и Накрии, угрюмые горцы из непостижимо огромного города Скалгер, главного источника металла, поделочных и драгоценных камней. Иногда забредали даже обитатели далеких и диких северных государств, или же наоборот, высушенные жарой люди, чьей родиной были песчаные дюны южной пустыни…

Ровно в восемь часов раздался громкий скрежет, сопровождаемый отборной руганью и истошными воплями командиров. Две группы стражников копошились около ворот, которые они намеревались открыть. Ворота были огромной, цельной плитой из легкого и прочного серебристого металла (очень редкого и дорогого; поговаривали, что отец нынешнего короля отдал за них вдвое большее по весу количество серебра).